Схватка США и России: холодная война в космосе

29-10-2018

После того, как голливудские «Челюсти» 1975 года стали блокбастером и приобрели культовый статус, в 1978 году был снят их сиквел. Он был вполне зауряден и запомнился многим зрителям только одним — своим слоганом: «Стоило вам подумать, что можно снова без опаски заходить в воду…» На фоне экспансионистских тенденций, которые Россия проявляет на Украине, Западу остается только гадать, не ждет ли нас новая холодная война в духе и в стиле первой.

Русский ирредентизм привел к введению санкций со стороны Запада, которые вызвали уже соответствующую реакцию со стороны России. И в первую очередь эта реакция затронула сотрудничество в космосе. Насколько сильно это скажется на глобальной безопасности и защищенности, мы еще увидим.

Впрочем, кое о чем уже можно говорить с уверенностью: па-де-де Москвы и Вашингтона (pas de deux — одна из основных музыкально-танцевальных форм в балете, для двух танцовщиков — прим. пер.), по-видимому, подходит к концу. Хотя НАСА утверждает, что оно по-прежнему сохраняет хорошие отношения с российским космическим агентством Роскосмос, Москва дала понять, что она прекратит сотрудничество по Международной космической станции в 2020 году. Между тем ранее в этом году США объявляли, что они хотят продлить срок эксплуатации МКС до 2024 года. Российское решение покинуть проект, скорее всего, нарушит сложившуюся динамику. Прочим участникам, которые лишатся доступа к ключевым для программы элементам, придется искать новые решения и менять стратегические планы. Хотя это открывает новые возможности для частного сектора, с расширением его роли связан ряд трудностей в областях регулирования, прав на владение, гарантий устойчивости производства, обмена данными, финансирования и оценки качества работ.

Россия также планирует перестать продавать в США свои двигатели РД-180. Между тем иметь одного поставщика двигателей для первой ступени производимых United Launch Alliance ракет Atlas-5 крайне важно. Atlas-5 — одна из двух основных «рабочих лошадок» для запуска спутников в рамках американской военно-космической программы. Проблемы с двигателями в данном случае не только накладны с финансовой точки зрения, но и ставят под удар надежды Вашингтона на лидерство в космосе.

Также немаловажно, что Россия заявила о возможном закрытии с 1 июня десяти из находящихся на ее территории станций GPS (всего в десяти российских регионах размещены 11 «инфраструктурных станций» американской глобальной локационной системы). Хотя это выглядит, как реакция на кризис, корни этой угрозы лежат в истории с внедрением Россией системы ГЛОНАСС, единственного глобального конкурента GPS. В 2012 году Россия попросила США разместить в Америке станции ГЛОНАСС, но Вашингтон отказался это делать. Хотя в свое время США и Советский Союз сумели достичь определенного уровня разрядки в космосе благодаря сотрудничеству по МКС, сейчас отношения Америки с Россией в космической отрасли стремительно портятся, и геополитические и геостратегические последствия такого положения затронут не только участников противостояния.

Пока Европа стремится снизить свою зависимость от российских энергоносителей, а США вводят санкции, Путин демонстрирует готовность заключать сделки с Пекином — в частности в космической сфере. Если к перспективе более тесного торгового альянса с Россией, не ограничивающегося скидками на газ, китайцы относятся с осторожностью, то их интерес к сотрудничеству в космосе,— даже если оно будет касаться только получения технологий — вызывает у Соединенных Штатов серьезное беспокойство.

У России также есть планы по размещению станций ГЛОНАСС на Кубе и в Иране, которые — на фоне событий на Украине — могут окончательно вывести из спячки американских и европейских аналитиков в области безопасности. Вопрос в том, как Россия будет реагировать на планы Китая создать собственный аналог ГЛОНАСС под названием «Бэйдоу» — систему двойного назначения, которую будут одновременно использовать как растущий китайский флот, так и широкая публика. Непонятно, насколько высока вероятность того, что последние достижения Китая в этой области приведут к соперничеству между Пекином и Москвой. В недавно подписанной китайско-российской совместной декларации о новом уровне стратегического партнерства вы не найдете ответа на этот вопрос. Если курс России ясен, то стратегия Китая по-прежнему остается неизвестной. Смогут ли США подтолкнуть Китай к ответственной политике, которая станет примером для Москвы? И для Китая, и для России космос входит в число национальных приоритетов, Вашингтону также крайне необходимо сформулировать свои приоритеты в этой области.

Когда в 2007 году Китай успешно испытал противоспутниковое вооружение, США занервничали. Тем не менее с тех пор международные опасения, связанные с безопасностью в космосе, удалось отчасти умерить. Например, в последнем докладе группы правительственных экспертов ООН по мерам по укреплению прозрачности и доверия содержатся рекомендации, способствующие развитию сотрудничества и снижающие риск взаимного непонимания при осуществлении космических проектов. С 2008 года идут серьезные дискуссии по выработке международного Кодекса поведения в космосе. Изначально европейская идея добровольного механизма заинтересовала лишь немногих. Однако когда в проект документа были внесены изменения и дискуссию вокруг него негласно одобрили ведущие космические державы, включая США, Россию и Китай, возникла перспектива выработки нормативного режима космической безопасности.

Это подтверждается интересным фактом: инцидент с китайским противоспутниковым оружием не вызвал волны испытаний кинетических средств уничтожения спутников. При этом, пусть официально Америка и уничтожила свой спутник USA-193 лишь для того, чтобы его ядовитое топливо не стало угрозой для людей, этот шаг имел явный посыл: Америке есть что противопоставить спорным усилиям Китая в области космического оружия. Вопросы так же вызывает молчание США о задачах орбитального самолета X37B. Следует также заметить — и это относится не только к США, — что оружие противоракетной обороны в принципе мало чем отличается от кинетического противоспутникового оружия. В целом, не так уж велика разница, что именно сбивать — спутники или баллистические ракеты. Китай также активно занимается разработкой некинетического оружия, ведь обломки в космосе одинаково мешают всем космическим странам. Использование средств кибервойны, способных сделать объект неуправляемым, может уменьшить ассиметричное преимущество, на которое полагаются американские военные. На настоящий момент до полноценной гонки вооружений в космосе дело пока не дошло. Будем надеяться, что все космические страны, и старые, и новые, не забудут, что космос — общее пространство и продолжат придерживаться некоей этики разумного взаимодействия.

По мере того, как на космическую арену выходят все новые и новые государства, повышается риск аварий и появления новых обломков. Это увеличивает возможные негативные последствия космических программ. В связи с этим США, России, Китаю и Европе следовало бы совместно выработать нормативные стандарты космической безопасности, затрагивающие не только военные проекты, но и защиту инфраструктуры.

В настоящее время целый ряд нестабильных государств и пограничных рынков стремится извлекать из космических технологий выгоды в социальной, экономической и военной сфере и в области правопорядка. Лучшими примерами этого могут служить такие страны, как Афганистан и Египет. Так, в апреле этого года Афганистан начал использовать свой первый спутник. Заметим, что геополитические сдвиги на Земле влияют на отношения в космосе. Сочтя, что США отвернулись от него в трудное время, Каир в этом месяце обратился к России, чтобы она запустила на орбиту его разведывательный спутник EgyptSat2. Это вынужденное решение Египта, связанное с ростом активности террористов на Синае, в долгосрочной перспективе может дорого обойтись стране и привести к новому околокосмическому конфликту.