Система ПРО в Европе становится фактом

01-08-2019

На территории бывшей авиабазы Девеселу на юге Румынии 28 октября начались работы по размещению элементов американской системы противоракетной обороны — комплекса Aegis с ракетами-перехватчиками SM-3.

Это означает, что реализация проекта ПРО продвигается по плану, и подтверждает факт укрепления сотрудничества между Румынией и США, которое выдвигает Бухарест на роль основного партнера Вашингтона в сфере безопасности не только в рамках региона, но и всего континента. С точки зрения России начало работ по размещению системы ПРО в Центральной Европе означает провал политики по недопущению появления американских стратегических военных объектов в бывшей советской сфере влияния. Представляется, однако, маловероятным, что Москва смягчит свою позицию и примет более гибкий подход в отношении размещения ракетных комплексов в Польше.

ПРО в Центральной Европе

После того как в 2009 году был приостановлен первоначальный проект ПРО, предполагавший создание глобальной системы, способной перехватывать и обезвреживать все виды баллистических ракет, администрация Барака Обамы предложила новую концепцию регионального «щита». Она предусматривает отказ (по крайней мере до 2020 года) от т.н. четвертого этапа развертывания системы, то есть от размещения в Европе противоракет, способных перехватывать межконтинентальные баллистические ракеты. Третий этап предполагает появление в Румынии и Польше зенитно-ракетных комплексов Aegis, а также строительство радиолокационной станции в Турции (в проекте Буша элементом системы должен был стать также радар в Чехии). Помимо этого в рамках НАТО ведутся переговоры на тему создания европейской системы ПРО с использованием американских элементов. Это намерение было подтверждено на саммите Альянса в Чикаго в 2012 году.

База в Девеселу — это второй этап воплощения в жизнь проекта по созданию региональной системы ПРО (первый включал в себя введение в строй радара в Турции и размещение в восточной части Средиземного моря американских кораблей с комплексом Aegis). На базе будет три батареи ракет-перехватчиков SM-3 (всего — 24 ракеты), их оперативная готовность будет достигнута к концу 2015 года. Следующий этап предполагает появление аналогичной системы в Польше до конца 2018 года.

Румыния — американский «авианосец»

Создание базы в Девеселу вписывается в процесс развития двустороннего военного сотрудничества между Румынией и США, которое помимо ПРО включает в себя кооперацию в модернизации румынской армии и проведении заграничных операций, а также взаимодействие специальных сил в сфере разведки и логистики. Американские войска пользовались румынскими базами еще в 1999 году в ходе операций в Ираке и Афганистане, а с 2005 года четыре небольших румынских базы были отданы в аренду американской армии. Согласно заключенному в середине октября 2013 года договору, румынский порт Констанца и аэродром имени Михаила Когэлничану должны стать основным пунктом для переброски военных и техники из Афганистана, заменив использовавшийся ранее логистический центр «Манас» в Киргизии. Этот шаг необходимо внести еще в планы НАТО, однако в свете решения американцев отказаться от использования базы в Ульяновске, исход дела представляется предрешенным.

Тесное сотрудничество двух государств проистекает из стратегии США, подразумевающей создание плацдармов военного присутствия в странах Юго-Восточной Европы при значительном его сокращении в Западной Европе. Американским планам благоприятствует последовательно реализуемая Румынией стратегия создания военно-политического союза с США, которая продиктована желанием укрепить собственную безопасность в контексте угроз, исходящих с Ближнего Востока и из России. Этой концепции способствует также консенсус в румынских политических кругах относительно проамериканского направления румынской политики.

Эффектом динамично развивающихся военных отношений двух стран стало закрепление позиции Румынии в качестве одного из основных партнеров США не только в Центральной Европе, но и в европейском масштабе, что делает Бухарест сильным игроком как в регионе, так и в рамках НАТО. Негативным следствием взаимодействия двух стран может оказаться отказ Румынии от активной модернизации собственной армии, поскольку она считает проект ПРО высшим достижением своей политики безопасности. В сочетании с бюджетными проблемами это может привести к приостановлению процесса укрепления традиционного военного потенциала, который может потребоваться, например, в случае дестабилизации ситуации в Приднестровье.

Провал российской политики безопасности

Россия изначально оспаривала необходимость размещения элементов системы ПРО в бывшей советской сфере влияния. Она заявляла, что воплощение программы в жизнь представляет угрозу для ее национальной безопасности, при этом де-факто ее критика основывалась в значительной мере на геополитических соображениях. Кремль ставит сотрудничество с США и НАТО по вопросам системы противоракетной обороны в зависимость от права участвовать в принятии решений о ее форме (от совместного управления до диктования ограничительных технических параметров) и правовых международных гарантий в том, что она не послужит ослаблению ядреного российского потенциала. Москва выступала также с собственными инициативами, в частности, с идеей секторной защиты, в рамках которой ответственность за оборону восточной части территории НАТО передавалась бы российской армии.

В период первого президентского срока Барака Обамы могло сложиться впечатление, что Америка идет на уступки России в обмен на поддержку в других сферах, в частности, в вопросах иранской ядерной программы (об этом свидетельствовал отказ от четвертого этапа развития системы ПРО). Вашингтон, однако, решительно отказывался от российских предложений по созданию совместной системы и предоставлению Москве правовых гарантий, а также не приостановил проект размещения своих объектов в Румынии и Польше. Работы в Девеселу были начаты через несколько дней после заседания Совета Россия — НАТО (которое состоялось 23 октября в Брюсселе), где основным спорным пунктом оказались планы размещения ракетных комплексов в Центральной Европе.

Российская политика недопущения появления элементов системы ПРО в этом регионе до настоящего времени ограничивалась дипломатическими действиями и периодическими угрозами предпринять шаги военного плана (в основном — разместить в Калининградской области ракеты «Искандер», способные уничтожить противоракетные установки). После начала работ Москва лишь закрепила свою прежнюю позицию (28 октября глава МИД Сергей Лавров заявил, что Россия остается открытой к конструктивному диалогу по вопросу создания системы ПРО). Судя по всему, в ближайшее время она не решится прибегнуть к более демонстративным формам выражения своего недовольства и попытается приглушить (по крайней мере временно) дискуссии вокруг этой темы.

Военные проекты, которые в последние месяцы запустила Россия (строительство радиолокационной станции в Калининградской области, размещение в Белоруссии российских боевых самолетов и поставка Минску новых зенитных ракетных комплексов С-300) вписываются в модернизационный тренд и не связаны напрямую с развертыванием американской системы ПРО.

Ответные российские действия (например, размещение «Искандеров» в Калининградской области, в Белоруссии или, что наименее вероятно, в Приднестровье) будут отодвигаться во времени и увязываться с размещением противоракетных установок в Польше. Маловероятно, что Москва воспримет размещение ракет СМ-3 в Румынии как сигнал к смягчению позиции (чего ожидает НАТО) и проявит больше гибкости в вопросе появления элементов системы в Польше, поскольку Россия воспринимает американское присутствие у собственных границ как один из основных источников угрозы. Аргументом для отказа от размещения американских противоракет в Польше могли бы стать договоренности в вопросе ограничения иранской ядерной программы, надежда на которые могла бы появиться после избрания в Иране нового президента.

Томаш Домборовский, Анджей Вильк — эксперты варшавского Центра восточных исследований.

Читайте также: Новости Новороссии.